открыты с 2004 года

Совсем недавно

Фотоистория

Реклама на Бироте


Статьи

Интервью с Томом Ритчи
13 октября 2010

Несмотря на 1.80 роста, мой ведущий периодически пропадает из виду. Солнце садится, и перспектива остаться одному в горах не очень приятна.

Меня предупреждали про катание с Томом Ритчи, но в моем понимании интервью включает в себя поездку часа на два. Общение получается намного качественней. Но прямо сейчас я пытаюсь отдышаться после многих миль холмистого синглтрека. Лучше уж в следующий раз надо будет брать интервью у пузатого и важного менеджера.

“Пузатый” и “менеджер” – это не те слова, которыми можно описать Тома. Даже будучи генеральным директором Ritchey Design, производителя компонентов с 83 года, Том по прежнему регулярно катается. Именно поэтому он сразу же согласился на такое велоинтервью.

Если вспомнить, что в среднем Том накатывает около 15000 км в год, то непонятно, когда он успевает руководить компанией. “У меня отличные сотрудники, которые могут работать и сами. Моя работа сводится лишь к разработке”, – не смущается Том. Мне кажется, что нельзя недооценивать разработку, когда твои компоненты используются по всему миру: “Я отвечаю за все производство”.

Производство и качество продукции практически в крови у Тома. В начале 70-х, когда он гонялся на шоссе на уровне страны, Том разрабатывал и изготавливал собственные компоненты для превосходства над соперниками. Он купил токарный и фрезерный станок в 16 лет и делал втулки, каретки и подседельные штыри.

Я попытался выяснить, ограничивались ли его увлечения инженерией (а отец Тома был инженером): “Нет, я был гонщиком. Мне хотелось ехать быстрее моих соперников, поэтому приходилось совершенствовать свой велосипед – делать его легче, крепче, лучше.”

“Крепче и лучше” и сейчас описывает то, что делает Ritchey – штыри, рулевые, педали, седла, рули, колеса и все остальное. Конечно же, тестирование новых компонентов очень важно для Тома. Когда мы спускались по пыльной тропе возле его дома в холмах к югу от Сан-Франциско, я думал о том, что он привел маунтинбайк к его сегодняшнему виду.

Те, кто катает на МТБ с начала 80-х (вроде меня) начинали с того, чтобы скопить на кантилеверные тормоза и рулевую Ritchey – они были очень просто сделаны и отлично работали на кантрийных трассах.

“В классическом стиле, надежно и можно использовать для гонок. Все как и раньше”, – говорит Том про нынешние запчасти. С другой сторны, Ritchey – это бренд. Сам Том не любит переплачивать за модную надпись и уважает это право, поэтому не злоупотребляет своей известностью.

В самом деле, повседневная жизнь Тома выглядит весьма просто. Когда мне пришлось впервые заехать в гости в его деревянный домик – фамильное гнездо уже многие десятилетия, я обнаружил хозяина в мастерской, за работой. Быстрый взгляд по сторонам обнаружил полудюжину станков, сварочный аппарат и стапель с тандемной рамой в процессе производства. Швов на ней не было видно – можно перепутать с монококковой заводской конструкцией.

Эта любовь к работе с металлом привела Тома в мир маунтинбайка. Его таланты пригодились в конце 1978 года, когда вместе с Гари Фишером и Чарли Келли они основали фирму, которая так и называлась - Mountain Bikes. Том собственно и варил рамы. Том участвовал и побеждал в легендарной даунхилльной гонке Рипэк. Осознание того, что надо самому делать правильные запчасти пришло после того, как Том наехал на большой камень и руль провернулся в выносе – пришлось вытягивать обратно прямо на ходу.

“Я понял, что пора сделать цельный с выносом руль – тогда точно не провернется. Вообще, такие приключения сильно повлияли на мое видение”. Оказывается, такое придумал не Marin.

Мы сидели на веранде и смотрели на окрестности залива Сан-Франциско – колыбель горного велосипеда. Разговор продолжился: “Не думаю, что Marin был у истоков. Я не говорю, что Калифорния и все прочее – не имеет значения. Большой вклад внес Грег ЛеМонд – использование разделочного лежака на Туре 88 года и новая манера разговора с руководством команды о зарплате и условиях.”

В те годы все было завязано на Европу, не Японию. Peugeot, Gitane, Motobecane – они были как Trek, Specialized, Cannondale в Европе. Они спонсировали крупные команды, но маунтинбайк пролетел мимо них. Они не знали об этом, пока не стало слишком поздно – влияние Лемонда и технологий из США привело к прорыву, мы тоже получили пользу от этого. Мне потребовалось какое-то время, чтобы достичь того же результата.

Маунтинбайк бурно развивался, и Том удержался в струе после разрыва с Гари Фишером и Келли в 1983 году – начал собственное дело. “В целом, это было понимание велосипеда как целого, не только рамы и кучи компонентов. Получилось сделать все правильно – и разработку, и производство.”

Я слушал и рассматривал ряды велосипедов у стен. Среди красивых и дорогих рам был ярко раскрашенный грузовой велосипед с надписью “Coffee Bike”. Его делал не лично Том, это всего лишь один из его проектов. Но он внес в жизнь автора большие перемены.

Все началось семь лет назад, когда Тома оставила первая жена. Конечно же, это ударило по нервам – начал проявляться эгоизм и чувство страха. “Сказать честно, люди возвысили меня, но я чувствовал себя очень неприятно и непонятно” “Мне было очень тяжело, когда уходит жена и говорит – делай что хочешь. А я не хочу – в моей жизни были люди, которые верили в меня, больше чем я сам”. В глазах Тома появляются слезы.

В том же 2005 году Том набился в компанию к другу, который ехал в велопоход по Африке. В Руанде, переживший страшное кровопролитие гражданской войны в 1994 году, было заложено кое-что на будущее. И проект “Руанда” дал результаты. Через год Том вернулся, чтобы устроить Wooden Bike Classic – пробег американских райдеров и местных жителей на самодельных деревянных велах.

“Велосипеды очень популярны в Руанде, но есть они только у одного из ста жителей. Большинство умеет ездить, и хотят погоняться с тобой. Это неважно, что он едет на ржавом драндулете с парой мешков картошки на багажнике.”

Сейчас Wooden Bike Classic – ежегодное мероприятие и всего лишь одна из идей Тома. Он продолжает развивать сообщество единомышленников, которые также хотят помочь Руанде. Вскоре была создана национальная команда во главе с Джоком Боером, другом Тома. “Они (правительство Руанды) видит, что мы делаем для команды. Они видят возможности показать миру позитивный образ их страны.”

Но до этого, в окружении старых, поломанных велосипедов, которые не годятся для гор Руанды, Том понял что можно сделать все по другому. Встреча с доктором Тимом Шиллингом, который занимается проблемами качества руандийского кофе, дала толчок в сторону разработки велосипеда, который значительно поможет фермерам.

Это поможет сократить время, которое требуется на доставку кофейных бобов на фабрику – это хорошо влияет на вкус, качество и цену кофе. В разработке Кофебайка Том проводит параллели с первым пришествием горного велосипеда: “Да, там есть на чем ездить. Но есть более красивый способ. Я подумал и понял, что нахожусь в нужное время в нужном месте.”

Хотя роль Тома в Кофебайке неоспорима, там вообще нет компонентов Ritchey. Да и сам Том почти не упоминается даже на сайте проекта. “Не хочу хвастаться и работать на показуху и рекламу”, – говорит он.

Руандийский опыт сильно повлиял на Тома, но дело еще не закончено: “Самая ценный результат для меня – создать самодостаточный проект. Тогда можно будет заняться следующим. ” Тому не нравятся обычные проекты, основанные на “раздаче” чего-либо – кофебайки покупаются на микрокредиты фермеров.

“Моя следующая цель – Велодизайнеры без границ. Это будет на основе ваших навыков разработки – вне зависимости от того, делаете ли вы карбоновые велы за 10000 долларов или простые для базара. У вас есть, что дать третьему миру. В велоиндустрии сейчас 1000 Томов Ритчи, которых надо всего лишь организовать.”

“Руандийцы смотрят на велосипеды, которые принципиально не менялись сотню лет и уже ни на что не надеются. А вот моим кофебайком они восхитились”, – глаза Тома снова загорелись, прежде чем зафиксироваться на мне. “Велосипед должен быть инструментом для удовольствия и фантазии и помогать использовать их с пользой. Кто знает, куда это приведет?” И это уместный вопрос, когда катаешься с Томом.

  • 1956: Том Ритчи родился в Калифорнии
  • Начало 70-х: Том выступает в гонках на национальном уровне и изготавливает собственные компоненты. Он сварил более 1000 шоссейных рам к окончанию учебы.
  • 1973: Шоссейные гонки в Калифорнии запретили на один год, Том с друзьями катается по тропам в районе Саратоги.
  • Середина 70-х: Том решает попробовать делать рамы без узлов. Это против традиций, но позволяет варьировать геометрию. В результате – прорыв в рамостроении.
  • 1978: Том видит первый маунтинбайк Джо Бриза. Гари Фишер заказывает Тому велосипед для себя.
  • 1979: Том работает с Гари Фишером и лично строит 160 рам для его фирмы Mountain Bikes. Велосипед в сборе стоит около 1300 долларов.
  • 1983: Mountain Bikes разваливается, Фишер скупает остатки. Том основывает Ritchey Design и специализируется на разработке и производстве компонентов. Рамы все еще в производстве, включая легендарную Ritchey Annapurna.
  • Конец 90-х: Том все еще производит более 500 рам ручной сборки в год.
  • Начало 2000-х: Тяжелые времена – уходит первая жена.
  • 2005: Том посещает Руанду во время африканского похода, и его цепляет.
  • 2006: Первая гонка Wooden Bike Classic в Руанде, 3000 зрителей.
  • 2007: Кофебайк в Руанде. Фермеры покупают его в кредит на 3 года и получают на 30-40 процентнов больше прибыли.
  • 2009: Том снова женится. Он уже построил тандем для новой семьи.

 


Перевод
: Перевел Вадим Марков для Велопланеты, оригинал на Bikeradar




Сервисные руководства
DT Swiss
Shimano
Marzocchi
в самое ближайшее время!
в самое ближайшее время!
Rock Shox
в самое ближайшее время!
в самое ближайшее время!
Formula
Hope
в самое ближайшее время!
Magura
Далее по списку в порядке пополнения

Технологии


Œ
Тексты Инструкции Фотоистория Архив велокаталогов Ремонт велосипедов Велоинтернет О сайте Форум Œ
© Birota 2002-2007
Пишите по всем вопросам
Яндекс цитирования ????????????? ?????? VVV.RU Rambler's Top100